Огнестрельное и газовое оружие

Еще одинешенек классический скупердяй, "скупой рыцарь" Пушкина, так и говорит:

"Как молодой повеса ждет свиданья,.. Собственно это не дает покоя пушкинскому "скупому рыцарю":

"Мой наследник!
Безумец, транжира молодой!.."

И еще один страх часто мучает патологических скряг - ужас за свою репутацию в обществе. Но от целой армии егерей, конюхов, псарей и сокольничьих, доставшейся ему в наследство, он оставил итого-навсего шесть человек. Но как? Среди них - налог на вино. Они хотели бы отгородиться от итого мира, оставшись наедине со своими сокровищами, как "скупой рыцарь" в "тайном подвале", и одновременно – быть такими, будто все. Король устраивал показательные процессы, и если провинившиеся не могли вернуть денежки в казну, их имущество конфисковывалось. Что бедных, естественно, порадовало.

Был установлен весьма жесткий контроль за деятельностью чиновников, ведавших финансами. Народ ликовал.

Король подавал и собственный пример. Похитили вас у меня! Он их даже как будто жалеет - за те страдания, которые, будто считает автор книги, им приходится испытывать. Кроме того, Людовик резко уменьшил штат своей собственной дворцовой прислуги: за двенадцать лет его царствования число слуг сократилось вдвое. своей щедростью. Во-первых, скряги жутко боятся утерять свои сокровища. Наследники, жены, дети, - вот от кого исходит главная опасность. Будто же так получилось?

На радость простому народу

Едва надев корону, молодой король ввел несколько новых налогов. Что мне мастерить  теперь  в  этом  мире?  Для чего  мне теперь жить?"

Нож в сердце

Причем накопленным сокровищам угрожают не лишь воры. "Деньги, деньги мои бедные, - взывает Гарпагон, - голубчики родные, друзья бесценные! Ведь в них – один-единственный смысл их жизни. Людовику тоже приходилось (положение обязывает!) устраивать охотничьи выездки. Однако удивительное дело: благодаря людской молве Людовик Двенадцатый прославился ... Любая неразумная, по его мнению, расточительность, не говоря уже о криминальных растратах, каралась незамедлительно. Этак как простой народ пил тогда почти исключительно пиво, медовуху и брагу, налог ударил лишь по богатым французам. Ведь приходится входить в расход, а это - как острый нож в сердце.

Так разрывался всю свою житье между желанием сэкономить и необходимостью тратить один из героев книги Райнхардта, французский король Людовик Двенадцатый, взошедший на престол в 1498 году. Среди коронованных особ других таких скряг, пожалуй, не было. Любимым развлечением тогдашней знати была охота. Отняли  мою  опору, утешение мое, мою отраду! эдак я
Весь день минуты ждал, когда сойду
В подвал мой скрытый, к верным сундукам.
Вот мое блаженство!"

Но и к этим классическим типам скупых Фолькер Райнхард прибавляет новые краски. Оставшимся была сокращена зарплата - в общей сложности, в пять один!